Неточные совпадения
— Ну, хорошо; я солгу ей, скажу, что ты живешь ее памятью, — заключил Штольц, — и
ищешь строгой и серьезной цели. Ты заметь, что сама жизнь и труд есть цель жизни, а не
женщина:
в этом вы ошибались оба. Как она будет довольна!
При вопросе: где же истина? он
искал и вдалеке и вблизи,
в воображении и глазами примеров простого, честного, но глубокого и неразрывного сближения с
женщиной, и не находил: если, казалось, и находил, то это только казалось, потом приходилось разочаровываться, и он грустно задумывался и даже отчаивался.
Иногда
в ней выражалось такое внутреннее утомление от ежедневной людской пустой беготни и болтовни, что Штольцу приходилось внезапно переходить
в другую сферу,
в которую он редко и неохотно пускался с
женщинами. Сколько мысли, изворотливости ума тратилось единственно на то, чтоб глубокий, вопрошающий взгляд Ольги прояснялся и успокоивался, не жаждал, не
искал вопросительно чего-нибудь дальше, где-нибудь мимо его!
«Варвара Андреевна, когда я был еще очень молод, я составил себе идеал
женщины, которую я полюблю и которую я буду счастлив назвать своею женой. Я прожил длинную жизнь и теперь
в первый раз встретил
в вас то, чего
искал. Я люблю вас и предлагаю вам руку».
Лицо Попова налилось бурой кровью, глаза выкатились, казалось, что он усиленно старается не задремать, но волосатые пальцы нервозно барабанили по коленям, голова вращалась так быстро, точно он
искал кого-то
в толпе и боялся не заметить. На тестя он посматривал сердито, явно не одобряя его болтовни, и Самгин ждал, что вот сейчас этот неприятный человек начнет возражать тестю и затрещит бесконечный, бесплодный, юмористически неуместный на этом параде красивых
женщин диалог двух русских, которые все знают.
Клим Самгин никак не мог понять свое отношение к Спивак, и это злило его. Порою ему казалось, что она осложняет смуту
в нем, усиливает его болезненное состояние. Его и тянуло к ней и отталкивало от нее.
В глубине ее кошачьих глаз,
в центре зрачка, он подметил холодноватую, светлую иголочку, она колола его как будто насмешливо, а может быть, зло. Он был уверен, что эта
женщина с распухшим животом чего-то
ищет в нем, хочет от него.
Наблюдая ее, Самгин опасался, что люди поймут, как смешна эта старая
женщина,
искал в себе какого-нибудь доброго чувства к ней и не находил ничего, кроме досады на нее.
Оттого-то они так и бегают, оттого и женщины-то у них все такие худые, тела-то никак не нагуляют, да как будто они что потеряли, либо чего
ищут:
в лице печаль, даже жалко.
Вон и другие тоже скучают: Савич не знает, будет ли уголь, позволят ли рубить дрова, пустят ли на берег освежиться людям? Барон насупился, думая, удастся ли ему… хоть увидеть
женщин. Он уж глазел на все японские лодки,
ища между этими голыми телами не такое красное и жесткое, как у гребцов. Косы и кофты мужчин вводили его иногда
в печальное заблуждение…
Но глаз — несмотря на все разнообразие лиц и пестроту костюмов, на наготу и разноцветность тел, на стройность и грацию индийцев, на суетливых желтоватых китайцев, на коричневых малайцев, у которых рот, от беспрерывной жвачки бетеля, похож на трубку, из которой лет десять курили жуковский табак, на груды товаров, фруктов, на богатую и яркую зелень, несмотря на все это, или, пожалуй, смотря на все, глаз скоро утомляется,
ищет чего-то и не находит:
в этой толпе нет самой живой ее половины, ее цвета, роскоши —
женщин.
Нехлюдов отошел и пошел
искать начальника, чтоб просить его о рожающей
женщине и о Тарасе, но долго не мог найти его и добиться ответа от конвойных. Они были
в большой суете: одни вели куда-то какого-то арестанта, другие бегали закупать себе провизию и размещали свои вещи по вагонам, третьи прислуживали даме, ехавшей с конвойным офицером, и неохотно отвечали на вопросы Нехлюдова.
Она чувствовала условную ложь этой формы и отделалась от нее, добиваясь правды.
В ней много именно того, чего он напрасно
искал в Наташе,
в Беловодовой: спирта, задатков самобытности, своеобразия ума, характера — всех тех сил, из которых должна сложиться самостоятельная, настоящая
женщина и дать направление своей и чужой жизни, многим жизням, осветить и согреть целый круг, куда поставит ее судьба.
— Купленный или украденный титул! — возражал он
в пылу. — Это один из тех пройдох, что, по словам Лермонтова, приезжают сюда «на ловлю счастья и чинов», втираются
в большие дома,
ищут протекции
женщин, протираются
в службу и потом делаются гран-сеньорами. Берегитесь, кузина, мой долг оберечь вас! Я вам родственник!
«Еще опыт, — думал он, — один разговор, и я буду ее мужем, или… Диоген
искал с фонарем „человека“ — я
ищу женщины: вот ключ к моим поискам! А если не найду
в ней, и боюсь, что не найду, я, разумеется, не затушу фонаря, пойду дальше… Но Боже мой! где кончится это мое странствие?»
— Ей-богу, не знаю, — говорил офицер, — как это случилось и что со мной было, но я сошел с чердака и велел унтеру собрать команду. Через два часа мы его усердно
искали в другом поместье, пока он пробирался за границу. Ну,
женщина! Признаюсь!
…Сбитый с толку, предчувствуя несчастия, недовольный собою, я жил
в каком-то тревожном состоянии; снова кутил,
искал рассеяния
в шуме, досадовал за то, что находил его, досадовал за то, что не находил, и ждал, как чистую струю воздуха середь пыльного жара, несколько строк из Москвы от Natalie. Надо всем этим брожением страстей всходил светлее и светлее кроткий образ ребенка-женщины. Порыв любви к Р. уяснил мне мое собственное сердце, раскрыл его тайну.
Право, она была красива сегодня, и
в голове Половодова мелькнула собственная счастливая мысль: чего
искать необходимую для дела
женщину, когда она стоит перед ним?..
Долго
искали мы, куда могла бы ты скрыться, но не могли узнать; после уж стороной услыхали, что была ты
в губернском городе у купца Сивкова, а от него с какою-то
женщиной поехала к больному отцу.
— Чего? да разве ты не во всех
в них влюблен? Как есть во всех. Такой уж ты, брат, сердечкин, и я тебя не осуждаю. Тебе хочется любить, ты вот распяться бы хотел за
женщину, а никак это у тебя не выходит. Никто ни твоей любви, ни твоих жертв не принимает, вот ты и
ищешь все своих идеалов. Какое тут, черт, уважение. Разве, уважая Лизу Бахареву, можно уважать Зинку, или уважая поповну, рядом с ней можно уважать Гловацкую?
Если б он еще был груб, неотесан, бездушен, тяжелоумен, один из тех мужей, которым имя легион, которых так безгрешно, так нужно, так отрадно обманывать, для их и своего счастья, которые, кажется, для того и созданы, чтоб
женщина искала вокруг себя и любила диаметрально противоположное им, — тогда другое дело: она, может быть, поступила бы, как поступает большая часть жен
в таком случае.
Нет, не пластической красоты надо
искать в северных красавицах: они — не статуи; им не дались античные позы,
в которых увековечилась красота греческих
женщин, да не из чего и строить этих поз: нет тех безукоризненно правильных контуров тела…
— С расчетом, а не по расчету. Только расчет этот должен состоять не
в одних деньгах. Мужчина так создан, чтоб жить
в обществе
женщины; ты и станешь рассчитывать, как бы жениться, станешь
искать, выбирать между
женщинами…
— Не думаю, мои требования довольно умеренны по идее: я
ищу женщину не куклу и не самку, а женщину-друга, но оказывается, что на практике такие требования чрезмерны.
В наше время таких нет.
Конечно,
в манерах наших
женщин (не всех, однако ж; даже и
в этом смысле есть замечательные исключения) нельзя
искать той женственной прелести, се fini, ce vaporeux, [той утонченности, той воздушности (франц.)] которые так поразительно действуют
в женщинах высшего общества (tu en sais quelque chose, pauvre petite mere, toi, qui, a trente six ans, as failli tourner la tete au philosophe de Chizzlhurst [ты,
в тридцать шесть лет чуть не вскружившая голову чизльгёрстскому философу, ты
в этом знаешь толк, милая мамочка (франц.)]), но зато у них есть непринужденность жеста и очень большая свобода слова, что, согласись, имеет тоже очень большую цену.
Он снова начал прибегать к спасительному вину,
искать сильных, заглушающих этот внутренний голос, ощущений
в игре
в карты и рулетку, и
в оргиях с
женщинами, которых цинизм граничит с грацией, и
в беспутстве которых есть своего рода поэзия, поэзия низменных душ.
И молодой врач, мужчина или
женщина,
в беленьком штопаном халате склоняется к ногам, давит пальцем кость выше язвы,
ищет причин.
Что скажете, Борис Семенович? Моя постановочка. (Вбегает на эстраду, танцует с Ивановой.
В паузе показывает.) Декольте сюр ле бра [Dekollte sur les bras. — Декольтированные плечи (фр.).]. (Танцует.
В паузе.) Декольте… (
ищет складку) сюр ле до [Dekollte sur le dos.-Открытая спина (фр.).]. (Танцует.)
В сущности, я очень несчастлив, мадам Иванова. Моя мечта уехать с любимой
женщиной в Ниццу, туда, где цветут рододендроны…
Ей,
женщине и матери, которой тело сына всегда и все-таки дороже того, что зовется душой, — ей было страшно видеть, как эти потухшие глаза ползали по его лицу, ощупывали его грудь, плечи, руки, терлись о горячую кожу, точно
искали возможности вспыхнуть, разгореться и согреть кровь
в отвердевших жилах,
в изношенных мускулах полумертвых людей, теперь несколько оживленных уколами жадности и зависти к молодой жизни, которую они должны были осудить и отнять у самих себя.
Их властно привлекала седая
женщина с большими честными глазами на добром лице, и, разобщенные жизнью, оторванные друг от друга, теперь они сливались
в нечто целое, согретое огнем слова, которого, быть может, давно
искали и жаждали многие сердца, обиженные несправедливостями жизни.
Жизнь людей с пылким, увлекающимся темпераментом, которым природа
в такой большой дозе наградила нашего героя, периодически посещается бурями. Это зависит он них самих, они
ищут таких бурь. Тихая пристань — домашний очаг, регулярная жизнь, постоянство любящей
женщины — все это не создано для них. К ним всецело могут быть применены слова поэта...
Если мужчине не остается ничего желать… он пойдет
искать в других возникновения этого желания, и
женщина погибла для него навсегда…
В вас сидит просто себе хорошая русская
женщина; вы все дела себе
ищете, а его пока еще нет…
Не
искал души
в женщине и Николай Герасимович, а может быть, и не подозревал ее
в тех «общедоступных существах женского рода», с которыми почти исключительно сводила его судьба.
— Если бы… Я вам скажу откровенно: я не могу думать, чтоб это сталось, потому что я… стара и трусиха; но если бы со мною случилось такое несчастие, то, смею вас уверить, я не захотела бы
искать спасения
в повороте назад. Это проводится
в иных романах, но и там это
в честных людях производит отвращение и от героинь, и от автора, и
в жизни… не дай бог мне видеть
женщины, которую, как Катя Шорова говорила: «повозят, повозят, назад привезут».
Катерина Астафьевна бросалась то на огород, то за ворота, крича: «Ах, господи, ах, Николай угодник, что делать?» Синтянина же, решив взять ни на что несмотря больного к себе, побежала
в кухню
искать слугу Подозерова, а когда обе эти
женщины снова столкнулись друг с другом, вбегая на крыльцо, вопрос уже был решен без всякого их участия.
Месяцев пять спустя после убийства и ряда смертей, заключивших историю больших, но неудавшихся замыслов Горданова и Глафиры, часов
в одиннадцать утра раннего великопостного дня, по одной из больших улиц Петербурга шла довольно скорыми шагами молодая
женщина в черной атласной шубе и черной шляпе. Она часто останавливалась против надписей об отдающихся внаймы квартирах, читала их и опять, опустив на лицо вуаль, шла далее. Очевидно, она
искала наемной квартиры и не находила такой, какая ей была нужна.
Нет, — добавила она, — нет; я простая, мирная
женщина; дома немножко деспотка: я не хочу удивлять, но только уж если ты, милый друг мой, если ты выбрал меня, потому что я тебе нужна, потому что тебе не благо одному без меня, так (Александра Ивановна, улыбаясь, показала к своим ногам), так ты вот пожалуй сюда; вот здесь
ищи поэзию и силы, у меня, а не где-нибудь и не
в чем-нибудь другом, и тогда у нас будет поэзия без поэта и героизм без Александра Македонского.
Она
искала облегчения
в сообществе Синтяниной и Веры, остававшихся здесь ради похорон Ларисы, так как, по ходатайству услужливого Ропшина, самоубийцу разрешено было похоронить по христианскому обряду. Глафира не обращала внимания, что обе эти
женщины не могли питать к ней ни уважения, ни дружбы: она с ними не расставалась; но
в то время, когда ей надлежало сойти
в зал, где ее ждали к панихиде, обе Синтянины занимались телом Лары, и потому Глафира Васильевна потребовала, чтоб ее проводил Ропшин.
Женщине нельзя быть ни их подругой, ни
искать в них опоры, а для меня было необходимо и то, и другое; я всегда любила и уважала семью.
Последние известия о Марье Александровне заключаются
в том, что она едет
в Петербург
искать места. Значит, не осуществилась ее фантастическая мысль ухаживать за матерью покойного своего жениха. Я ей это предсказывал, но она ничего не хотела слушать. Добрая
женщина, но вся на ходулях. От души желаю ей найти приют. Жаль, что она не умела остаться
в институте…
— Вот это дело…
Женщины, мой друг, любят только тех, кто ими пренебрегает… Истинную любовь, восторженную привязанность, безусловную верность они не ценят… Им, вероятно, начинает казаться, что мужчиной, который так дорожит ими, не дорожат другие
женщины… Они начинают
искать в обожающем их человеке недостатки и всегда, при желании, если не находят их, то создают своим воображением. Считая такого мужчину своей неотъемлемой собственностью, они привыкают к нему и он им надоедает…
Негодование и досада овладели близкой к нему
женщиной — Натальей Федоровной Лопухиной. Она отказалась от всех удовольствий, посещала только одну графиню Бестужеву, родную сестру графа Головкина, сосланного также
в Сибирь, и, очень понятно, осуждала тогдашний порядок вещей. Этого было достаточно. Лесток и князь Никита Трубецкой стали
искать несуществующий заговор против императрицы
в пользу младенца Иоанна.
Он всегда казался
женщинам не тем, кем был, и любили они
в нем не его самого, а человека, которого создавало их воображение и которого они
в своей жизни жадно
искали; и потом, когда замечали свою ошибку, то все-таки любили.
— Это, — говорит, — ничего не доказует. Ты гляди: шла по улице
женщина — раз! Увидал её благородный человек — два! Куда изволите идти, и — готово! Муж
в таком минутном случае вовсе ни при чём, тут главное —
женщина, она живёт по наитию, ей, как земле, только бы семя получить, такая должность: давай земле соку, а как — всё едино. Оттого иная всю жизнь и мечется,
ищет, кому жизнь её суждена,
ищет человека, обречённого ей, да так иногда и не найдёт, погибает даже.
Или встанет и начнет бродить по комнатам и все чего-то
ищет, куда-то заглядывает, словно
женщина, которая всю жизнь была
в ключах и не понимает, где и как она их потеряла.
Мужчина тоже может
в коротких отношениях с
женщиною искать спасения от мрака и гадостей, окружающих его
в практической жизни.
Причину, почему за последнее время нервы молодой
женщины окончательно расшатались, надо было
искать, главным образом,
в обострившихся отношениях ее к обитателю нижнего этажа, Виктору Павловичу Оленину.
Сначала его удивляло то, почему Феня не вернулась к Кожину, но потом понял и это: молодое счастье порвалось и склеить его во второй раз было невозможно, а
в нем она
искала ту тихую пристань, к какой рвется каждая
женщина, не утратившая лучших женских инстинктов.
Они
ищут этих наслаждений, думая найти их
в женщинах, обладающих совершенно противоположными им качествами — невинностью и неопытностью, забывая, что не им и не их дрожащими руками открывать для этих весталок светлый храм любви…
— Конечно, такая
женщина была бы урод; и по счастию, — возразил славянин, — не у нас надобно
искать la femme émancipée [эмансипированную
женщину (фр.).], да и вообще надобно ли ее где-нибудь
искать — я не знаю. Вот что касается до человеческих прав, то обратите несколько внимания на то, что у нас
женщина пользовалась ими с самой глубокой древности больше, нежели
в Европе, ее именье не сливалось с именьем мужа, она имеет голос на выборах, право владения крестьянами.